30.П. м. П.» Тайна п. острова.» гл.29 «Фотографирование при странных обстоятельствах»

рассказать друзьям и получить подарок

Я пребывал в  душевном состоянии морской каракатицы распластанной на промысловой палубе, в немом бессилии ожидающей роковой встречи с  подошвой неизящного матросского сапога.

. В то же время,  мой старший товарищ по несчастью повёл себя мягко говоря неординарно для подобной ситуации. Боцман принял позу благородного патриция на плебейском судилище и глядя в пространство куда-то то поверх головы разъярённого начальника ,гордо топорща свои почти гусарские усы, ледяным тоном осведомился : «Какие ещё будут оскорбления?»      Кто-нибудь другой на месте Владлена опешил бы от такой наглости подчиненного, однако наш капитан слишком хорошо знал своего приятеля-боцмана. Если Устиныч вёл себя таким образом значит имел к тому основания. Капитан подошёл к нему и глядя волчьим манером иcподлобья, мрачно приказал: » Говори !»

Они отошли к стоящему неподалёку Семёну и Устиныч принялся что-то излагать, время от времени тыча себе за спину(в направлении туннеля) большим пальцем правой руки. До меня, как я не пытался шевелить ушами от напряжения, как говориться — долетали лишь обрывки фраз. Боцман толковал, что-то про подстанцию и прилив, так же мне удалось расслышать: » Сименс, агрегат и и новый »  Услышанная обрывочная информация меня порядком задела. Получалось, что мой обожаемый наставник откровенен со мной не на все сто. Хотя поразмыслив немного я пришёл к выводу, что это нормально и несколько успокоился.

Закончив говорить боцман подвёл  капитана и старшину к краю причала, до воды сейчас в шесть тридцать вечера было рукой подать, хотя несколько часов назад здесь зияла небольшая пропасть глубиной метра четыре с лишним. Впрочем это ни для кого новостью не было. Кому, как не вахтенным матросам у трапа была известна здешняя разница между полной в пять тридцать вечера и малой водой в пять утра. В первом случае сходни круто поднимались вверх вместе с поднимающимся,словно растущим над причалом судном, а во втором почти падали вниз, когда судно будто погружалось и с причала была видна лишь часть надстройки и мачты. В обоих случаях с трапом было не мало возни, приходилось перенайтовывать( перевязывать) крепёжные тросы и то удлинять, то укорачивать двигающиеся как живые, сходни.

Затем вся компания, включая меня, направилась, подсвечивая путь свежезаряженным аккумуляторником, по уже знакомому маршруту к вновь открытой электроподстанции. Тяжелее всех в узком проходе к найденной нами аппаратной пришлось тучному Владлену, однако прошло и это — мы оказались на месте. Включив,уже известным манером  освещение,боцман указал на незамеченный мной в первый визит агрегат, по размерам  выглядящий гораздо скромнее, чем окружающие его громоздкие, словно старинные шкафы, сооружения.На дверце синей  краской было отштамповано название фирмы производителя — Siemens. Открыв его, мы без малейших колебаний опознали в нём нашего современника.

Прозрачные плексигласовые  кнопки с разноцветной индикационной подсветкой, пёстрые, всех цветов радуги пучки тонкой проволоки и миниатюрные датчики с дрожащими стрелками  не оставляли места для иных толкований. Агрегат работал, издавая уютный звук похожий на сонное, сытое урчание домашней кошки.

Капитан просто расцвёл при виде находки. Повернувшись к Семёну, он радостно сказал: » Это то что надо, Сёма доставай камеру, и в сторону боцмана: » Бронислав, я в тебе не ошибся.»  Старшина скинул осторожно заплечный ранец и вынул оттуда на электрический свет божий два коричневых футляра свиной кожи- один большой и другой поменьше. Это была гордость нашего деда — старшего механика Ипполита Геннадьевича — приобретённый в ГДР фотоаппарат Exa 1b со встроенной вспышкой и сменными объективами.

Как не раз говаривал Устиныч по разным похожим поводам : » На корабле у моряков, как в Греции. Всё есть. Кликни посреди рейса, мол нужна срочно фрачная пара — Вопрос жизни и смерти, поворчат, поищут и найдут.»

Ипполит Геннадьевич был страстным фотографом и фотографировал всё, что считал заслуживающим интереса. По этому поводу даже имел свежие  неприятности — был списан с нового траулера идущего в загранрейс. Как он рассказывал — к нему прицепились люди из особого отдела за фотографирование секретного объекта — только что построенного в 1980 году в Швеции (!) по заказу Советского Союза самого большого плавучего дока в Европе ПД — 50. Махина  предназначалась Северному флоту и в том числе для докования и ремонта подводных атомных ракетоносцев и тяжёлого авианесущего крейсера «Киев» ( ныне плавучий отель в Китае)

Док швартовали к месту постоянного назначения  ремонтной базы Северного флота — Росляково-1. Злополучный для Ипполита траулер проходил совсем рядом с огромным плавучим доком.  С верхатуры верхней боковой палубы дока показалась вдруг весёлая, пьяная, рыжая физиономия, сопровождающего махину инженера шведа. Охальник узрел на проходящем траулере дородную сорокалетнюю буфетчицу Галю, выпростал наружу огромный разворот журнала  «Playboy»  с голой моделью  и едва не вываливаясь за борт через леера  вместе со своей полиграфической подружкой  , стал козлиным голосом верещать свои шведские непотребства.

Наш патриотически настроенный, наивный Ипполит решил запечатлеть импортного похабника для последующей публикации во Всесоюзном Сатирическом Журнале «Крокодил » под рубрикой » Их нравы. »  Но не тут то было. Бдительные друзья-коллеги бедного Ипполита стукнули немедля помполиту(  на крупных судах помощник капитана по политической части). Тот распорядился приостановить выход судна из Кольского залива и через пару часов к борту, стоящего на рейде траулера подошёл катер, оттуда явились два молодца одинаковых с лица — гомункулусы из «Конторы Глубокого Бурения».

Напрасно списанный с судна и доставленный для беседы в Контору стармех доказывал, что на плёнке нет ничего кроме пьяной шведской физиономии, ну разве что при ней непотребная картинка с голой девкой. Молодой симпатичный следователь заявил, что Ипполит давно замечен бдительными товарищами и что фотографирование при странных обстоятельствах вызывает у них смутные сомнения. Он принялся мягко, но настойчиво уговаривать Ипполита признаться, что на одном из заходов в загранпорт у него якобы были некие контакты с некими людьми, которые и попросили незадачливого советского моряка  стать внештатным фотокорреспондентом для малоизвестного западноевропейского издательства и  потихоньку, без шума и пыли собирать различную интересную фото-информацию (в том числе о военных объектах). Как бы невинная работа свободного художника для иллюстрированных журналов.

Ипполит понял куда клонит ласковый следователь и похолодел. Его мягко и непринуждённо выводили на расстрельную статью 58- измена Родине, шпионаж. К счастью стармех вспомнил о своем добром приятеле, так же страстном фотографе и товарище по рыбалке и выпивке Саше-майоре. Ходили упорные слухи, что Саша служит в Конторе. Ипполит Геннадьевич назвал следователю фамилию Саши. Следователь переменился в лице, резко сменил тон с мягко-приятельского на официальный и позвонил куда-то по внутреннему телефону. Через десять минут явился Саша-майор, почему-то при погонах полковника.

Ипполита попросили подождать в коридоре. Вскоре вышел Саша и сказал, что вопрос исперчен и можно идти домой. Позже за рюмкой чая Саша ворчал:» Комсомольский призыв, из райкомов, мать их. В 25 лет уже конченая сволочь. Наследнички  Ежова. Ради карьеры готовы по трупам идти. Вот такие Союз и погубят.»

Вот эту то превосходную немецкую фотокамеру с трудной судьбой (едва не погубившую своего обладателя) и собрался использовать Владлен для фотографирования при странных обстоятельствах странного агрегата, найденного  в странном месте, оборудованного неизвестными для  непонятных целей. 

Ваш e-mail: *
Ваше имя: *

Поделиться в соц. сетях

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *