36.П. м. П.» Тайна п. острова.» гл.35 « Верманд «

рассказать друзьям и получить подарок

 

От старика шёл мощный рыбный дух. Совсем как от нашего брата рыбообработчика  в разгар промысла. Я подумал, смущаясь за Устиныча, что он наверное всё -таки ошибся и перед нами настоящий норвежский рыбак, который ни сном не духом не имеет отношения  ни к происшествию с дрезиной ни вообще к нашей эпопее в духе жюльверновских приключений.Я покосился на боцмана — тот буравил деда взглядом не предвещавшим приятностей. Чтобы, как то смягчить ситуацию и прервать затянувшуюся паузу, я выдал традиционное: » Хэллоу, мистер. Хау ар ю?» Дед сверкнул в мою сторону колючим взглядом из под лохматых белых гусениц бровей и совсем недружелюбно буркнул по норвежски: » Яай шёонер икке»

Тут вступил, решивший видимо поставить все точки над i, боцман: » Не понимаешь, стало быть, борода? Ты же норвегия, европеец как-никак и здрасте пожалуйста — » Хэллоу, мистер » мы не понимаем. Ну а если так тебя спросить:» Халло, ман. Вии геетс? » Бородач вздрогнул и мне показалось непроизвольно втянул голову в плечи. С этого момента боцман перешёл на немецкую речь. О содержании которой я где-то догадывался, а где-то восстановил по последовавшим позже рассказам Бронислава Устиныча и Гены Эпельбаума. Устиныч несколько минут  гневно излагал старику, что в его годы пора о душе подумать, а не изображать юного вервольфовца — борца с «большевистскими патлатыми казаками»( цитата из Гебельса.) И нечего,мол, разыгрывать мирного норвежца, поскольку он — старшина первой статьи Бронислав Друзь германца за версту чует, потому как тесно общался с их пленным братом полные пять лет и все их нюансы изучил до доскональности.

Старик молча взирал на разошедшегося боцмана и его волнение выдавала лишь напряжённая поза и сжатые бледные губы.Пожалуй на редкость своевременным оказалось вмешательство Гены Эпельбаума, который приняв позу миротворца, успокаивающе слегка похлопал по широкой спине боцмана, прерывая его гневные «шиллеровские» речи украшенные сильным калужским акцентом и подчёркнуто вежливо, слегка поклонившись обратился к застывшему, аки соляной столб деду. Говорил Гена(Генрих Оскорович)  гладко и уже без всякого акцента, слегка грассируя.  Как не без зависти позднее заметил Устиныч на настоящем хох дойче.

Боря с Ромой с  недоумением взирали на происходящее. Боря даже полушёпотом спросил у меня, как у неизменного спутника нашего всезнающего Устиныча, могущего обладать неизвестной или упущенной ими информацией: «Так что, дед этот немец что ли ?»  Я нерешительно кивнул:»Видимо да. Во всяком случае Бронислав с Генкой так думают. »           В конце концов непонятный старец с видимым усилием разомкнул свои словно склеенные прежде уста и произнёс  всего одно слово по немецки: «Битте».  При этом он сделал несколько неподходящий для его облика и окружающей обстановки по джентльменски изящный пригласительный жест ладонью в сторону сарая, словно это была не дощатая развалина( впрочем из небольшой железной трубы на покатой крыше уютно вился дымок), а как минимум элегантная вилла где нибудь в Тирольских Альпах. Мы вошли в сарай, ожидая увидеть убогое пристанище одинокого старика и остановились у порога едва войдя внутрь, челюсти наши как по команде отвисли, выражая удивлённое восхищение.

Приют седого отшельника в его внутренней части являл собой полную противоположность тому, как он выглядел снаружи. Старец был явно не чужд комфорту и обладал неплохим вкусом, как выразились бы в 21 веке: » Гросфатер шарит в креативном дизайне». Это было подобие охотничьего домика, укреплённого изнутри сосновым брусом. Стены были завешены искусно сшитыми коврами из  песцовых  и пёстрых нерпичьих шкур. В углу просторная лежанка была накрыта одеялом, на производство которого пожертвовал свою непростую жизнь белый полярный волк. Пол же закрывал апофеоз всего этого торжества  охотничьего искусства —  шкура огромного полярного урсуса  маритимуса с устрашающе разинутой чёрной  пастью и многообещающим  оскалом мощных, жёлтых клыков.Над лежанкой висел охотничий карабин — верный помощник хозяина в коллекционировании всего этого великолепия.

Другой центральной частью этой незабываемой экспозиции был стол, сработанный из пустотелых корпусов морских мин.Как позже объяснил мне изрядно сведущий в военно-морских делах Бронислав Устиныч это были оболочки немецких мин LMB — трёхметровые торпедообразные  дуры с хвостовым оперением, как у авиабомбы( для сбрасывания с самолёта на парашюте).  цилиндрическая часть корпуса мины, кроме отсека  взрывного устройства, изготавливалась из водостойкой   пластифицированной прессованной бумаги (пресс-штофа). Это были мины неконтактного действия и устанавливались на небольших глубинах у берегового шельфа.Они срабатывали, когда над ними проходил корабль или судно. Подрыв на глубине до 40 метров под корпусом корабля 700 килограмм гексонита (смесь гексогена и нитроглицерина.Мощнее тротила на 40-45%)    приводил к весьма печальным последствиям.

Корпуса двух этих милых  игрушек были аккуратно распилены посредине, укорочены и установлены по бокам деревянной столешницы с опорой на хвостовое оперение.Срезы их куполообразных вершин, каждая высотой  с полметра были закреплены на верху стола, образовывая как-бы одно целое со своими нижними частями.Оригинальность дизайнерского решения заключалась в том, что мины как бы протыкают поверхность стола, в то же время являясь его неотъемлемой частью.

Апофеоз этого прорыва в мебельном деле являло собой кресло, скорее напоминающее трон. Материал всё-тот же — морская немецкая мина LMB укороченная вдвое в верхней своей части и распиленная вдоль играла роль спинки. Нижняя часть с хвостовым оперением было искусно приспособлено под сиденье. Задрапированное накидкой из сшитых выбеленых шкурок полярного песца со своим конусообразным верхом спинки, оно производило мощное впечатление, словно аристократическое седалище хозяина какого-нибудь средневекового замка. Хозяин этого чудесного жилища всё тем же странным, изысканным жестом пригласил нас садиться на стоящую с противоположной от кресла стороны стола  длинную, укрытую мягким, желтовато — белым мехом скамью.После чего подошёл к небольшой чёрной печке явно фабричного производства с круглой плитой наверху. Печь по видимому растапливалась шпицбергеновским углём, наполнявшим большое цинковое ведро, стоящее тут же.

Дед снял с плиты эмалированный закопчённый кофейник( как будто ждал гостей), источавший дивный запах арабики и водрузил его на свой экзотический стол.Из правого  минного полушария словно из диковинного буфета он добыл стопку стограммовых граненных стаканов с настоящими серебренными подстаканниками, а из так же фарфоровую сахарницу с рафинадом и горсть чайных ложек  уложенных в яркую жестяную коробку из под зернового арабского кофе.Судя по ассортименту кофейной сервировки наш отшельник всё таки принимал иногда гостей. Впрочем, согласно морской лоции, в описании острова Медвежий значилось, что остров обитаем и на нём проживает, как минимум 7 человек.

За кофепитием наше общение с удивительным хозяином этого впечатляющего жилища поневоле обрела мирный оборот. Старик сказал, что зовут его Верманд Варг и он норвежец, хотя когда то в молодые годы действительно жил и учился в Германии.О существовании грота и немецкой инфраструктуры времён войны в нём разумеется знает, но в подробности вдаваться не хочет, потому как наша бравая команда, скорее всего случайно оказавшаяся в гроте, даже не представляет в какое мутное дело она влезла.

Где то с год назад в подскальных шхерах появились новые самозваные распорядители. Новые хозяева грота, по его словам, люди с неизвестными целями и неопределённым гражданством, гостям рады не будут и церемонится с ними то же вряд ли станут. За ними, судя по их оснащению и наисовременнейшей технике, которую они используют стоят весьма серьёзные деньги и интересы. Дилетанты вроде нас должны держаться подальше от чужой игры подобного уровня.

— » Складно ты говоришь, Верманд, вступил Устиныч по немецки. Правда жути нагнал, а ничего конкретного не выдал. А как же с дрезиной вышло? У этих твоих новых хозяев грота, что не нашлось более эффективного способа с нами разобраться?» Седобородый Верманд смущённо пожал плечами:»Вам, русские повезло, что эти деловые ребята сейчас в отсутствии. Дрезина пущенная под откос моя работа, уж простите. Я хотел для вашей же пользы остудить ваши горячие славянские  натуры.Просто не видел другого способа вас образумить. Даже если бы кто то пострадал от встречи с дрезиной это, поверьте мне была бы малая кровь, которой вы не отделаетесь если встретите тех кого не поминать бы к ночи.»

— » Круто, буркнул Устиныч. Хороший же ты способ выбрал предупредить людей об опасности. Что просто поговорить нельзя было? Мы, что по твоему деревянные лбы, слов не понимаем?» Старик пристально посмотрел на боцмана из под лохматых бровей: » Да ведь и ты, моряк, не слишком откровенен.Вас кто то навёл на грот. Сами вы в жизни бы не догадались. И этот кто-то тоже использует вас, незадачливых простаков в своей игре. Истинный смысл которой нам с вами неведом.»

Бронислав Устиныч задумчиво погладил усы и после короткой паузы   произнёс: » Ну вот что Верманд , хватит страшилок. Ты нас предупредил — мы услышали. То, что мы меж двух огней встряли нам и до тебя понятно было. Используют нас или нет уже дело второе. В этой, как ты говоришь мутной игре мы волей неволей стали третьей стороной и стороной активной. Кроме прочего, извини за каламбур мы слишком «глубоко влезли»  и обратной дороги не будет.Как говорится в серьёзных заведениях: «Cтавки сделаны, господа. » Спрошу прямо: » Намерен ли ты помочь нам вытащить на свет божий как можно больше достоверной информации о новых хозяевах грота или выберешь сторону невмешательства, что вполне простительно в твои годы »

— «Не считай чужие годы, моряк, глухо ответил отшельник. Это занятие бесплодное. Я не такой древний каким мог бы показаться.Этого бродягу, кивнул он на распластанную на полу шкуру белого медведя, я убил, когда тёмной полярной ночью вышел на двор по нужде. Карабина при мне не было, а был только острый обломок соснового бруса по счастью попавшийся под руку. Я согласен помочь вам и не думайте, что из особых симпатий. Русские мне не слишком симпатичны. Я просто уважаю вас — есть за что.  Ваш Сталин тот ещё людоед, правда людоед великий. С другой стороны эти непонятные парни из грота могут добраться и до меня. Узкоколейка приведёт их почти к моему порогу и они поймут, если уже не поняли, что я ненужный свидетель их возни на острове.»

Боцман удовлетворённо кивнул:» Спасибо за решение, Верманд. В таком случае не будем терять времени, поскольку наши общие недруги могут появиться в любую минуту. » Все поднялись и во главе с хозяином направились к выходу. Решено было не теряя времени вернуться в грот на дрезине и как можно быстрее получить доказательства враждебного присутствия на норвежском острове. В силу его стратегического положения эта тайная сила могла представлять опасность как для Норвегии( между прочим активного члена НАТО), так и для Союза.То что люди тайно явившиеся в бывшую тайную базу германских подлодок времён второй мировой могут работать как раз на советские спецслужбы никому из нашего экипажа( включая капитана) почему то в голову не пришло.Тогда охваченные охотничьим азартом мы гнались за призраками, забывая поговорку, что иногда охотник и добыча внезапно меняются местами.

Ваш e-mail: *
Ваше имя: *

Поделиться в соц. сетях

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *